?

Log in

No account? Create an account

Из Жизни Божественной
dmitrysadhak
Прежде чем Интуиция сможет дать нам непо средственное знание во всей полноте, ее присутствие и деятельность должны приобрести закономерный характер в большей части нашего поверхностного существа и занять здесь ведущее место, которое в на стоящий момент безраздельно принадлежит Разуму, организующему и направляющему все наше восприятие, все мысли и действия. В этом и причина того, что на смену эпохе интуитивного знания, представ ленной ранневедантистской мыслью времен Упанишад, пришла эпоха рационального знания; вдохновенное Писание уступило место мета физической философии, а та, в свою очередь, — экспериментальной Науке. Чистый разум, представляющий лишь средний уровень потен циальных возможностей человека, вытеснил мысль, рожденную Инту ицией, являющейся посланником сверхсознательных сфер и воплоще нием высших человеческих способностей. В свою очередь, чистый разум был временно замещен не выходящим за пределы чувственного опыта конгломератом из смешанных проявлений обыденного мен тального сознания и импульсов низшей природы. И хотя этот процесс последовательного вытеснения высших уровней сознания низшими носит как бы регрессивный характер, на самом деле он представляет собой шаг вперед, поскольку всякий раз, когда нижестоящие уровни сознания принимают на себя высшие по отношению к ним функции, низшие планы бытия ассимилируют свойства высшей природы, пыта ясь воспроизвести их своими собственными средствами. Происходит расширение возможностей нижестоящих уровней сознания, которые приобретают большую гибкость и способность адаптации к влиянию высших планов бытия.

From The Life Divine
dmitrysadhak
When we see with the inner vision and sense and not with the physical eye a tree or other object, what we become aware of is an infinite one Reality constituting the tree or object, pervading its every atom and molecule, forming them out of itself, building the whole nature, process of becoming, operation of indwelling energy; all of these are itself, are this infinite, this Reality: we see it extending indivisibly and uniting all objects so that none is really separate from it or quite separate from other objects. “It stands” says the Gita “undivided in beings and yet as if divided.” Thus each object is that Infinite and one in essential being with all other objects that are also forms and names — powers, numens — of the Infinite.

From The Life Divine
dmitrysadhak
Forms are manifestations, not arbitrary inventions out of nothing; for line and colour, mass and design which are the essentials of form carry always in them a significance, are, it might be said, secret values and significances of an unseen reality made visible; it is for that reason that figure, line, hue, mass, composition can embody what would be otherwise unseen, can convey what would be otherwise occult to the sense. Form may be said to be the innate body, the inevitable self-revelation of the formless, and this is true not only of external shapes, but of the unseen formations of mind and life which we seize only by our thought and those sensible forms of which only the subtle grasp of the inner consciousness can become aware. Name in its deeper sense is not the word by which we describe the object, but the total of power, quality, character of the reality which a form of things embodies and which we try to sum up by a designating sound, a knowable name, Nomen. Nomen in this sense, we might say, is Numen; the secret Names of the Gods are their power, quality, character of being caught up by the consciousness and made conceivable. The Infinite is nameless, but in that namelessness all possible names, Numens of the gods, the names and forms of all realities, are already envisaged and prefigured, because they are there latent and inherent in the All-Existence.

From The Life Divine
dmitrysadhak
But the silence, the status are the basis of the movement, an eternal immobility is the necessary condition, field, essence even, of the infinite mobility, a stable being is the condition and foundation of the vast action of the Force of being. It is when we arrive at something of this silence, stability, immobility that we can base on it a force and energy which in our superficial restless state would be inconceivable.
The opposition we make is mental and conceptual; in reality, the silence of the Spirit and the dynamis of the Spirit are complementary truths and inseparable. The immutable silent Spirit may hold its infinite energy silent and immobile within it, for it is not bound by its own forces, is not their subject or instrument, but it does possess them, does release them, is capable of an eternal and infinite action, does not weary or need to stop, and yet all the time its silent immobility inherent in its action and movement is not for a moment shaken or disturbed or altered by its action and movement; the witness silence of the Spirit is there in the very grain of all the voices and workings of Nature.

From The Life Divine
dmitrysadhak
Whatever astronomic or more than astronomic figures you heap and multiply, they cannot overpass or exceed that Oneness; for, in the language of the Upanishad, it moves not, yet is always far in front when you would pursue and seize it.

From The Life Divine
dmitrysadhak
If we look from this view-point of a larger more plastic reason, taking account of the logic of the Infinite, at the difficulties which meet our intelligence when it tries to conceive the absolute and omnipresent Reality, we shall see that the whole difficulty is verbal and conceptual and not real.

(no subject)
dmitrysadhak
Это нельзя понять, но можно стать Этим. Сознание изменяется, и Это становится очевидным, невыносимо конкретным и настоящим. Сознание меняется и Это становится невероятно далеким, несуществующим, сомнительной галюцинацией. И в этом сложность и секрет - Это недостижимо из обычного ментального сознания, Его просто нет! Два разных состояния сознания ощущают друг друга галлюцинацией.

Из "Писем о Йоге". Вайрагья аскетического и тамасического типа
dmitrysadhak
Прежде я уже возражал против Вайрагьи аскетического и тамасического типов. Говоря о тамасическом типе Вайрагьи, я имею в виду человека, который встает на путь йоги не из-за того, что он в действительности чувствует неудовлетворенность жизнью, а потому что он ничего в ней не достиг, она оказалась сильнее его, и ее блага ему не удалось заполучить. Такой человек приходит в йогу как в приют для убогих и слабосильных, а достижение Божественного рассматривает как утешительный приз для проигравших в гонке жизни. Но Вайрагью могут испытывать и те, кто выстоял в битвах жизни, обрел ее блага и вкусил ее наслаждений, но, в конечном счете, счел их чем-то пресным и не приносящим удовлетворения и отвернулся от них в поиске более высокого и прекрасного идеала; Вайрагью может испытать и тот, кто много боролся и достиг больших высот в жизни, но увидел, что существуют еще большие высоты и именно их должна завоевать душа, — для таких людей Вайрагья может быть действительно полезна и служить вратами, ведущими непосредственно на путь йоги. То же самое можно сказать и о саттвической Вайрагье, которая приходит к человеку, полностью познавшему жизнь, и толкает его к познанию того, что лежит по ту сторону жизни или превосходит ее. Под аскетической Вайрагьей я понимаю полное отвержение жизни и мира, чтобы, в конце концов, исчезнуть в Невыразимом, — я считаю, что она недопустима для тех, кто начинает практиковать интегральную йогу, так как противоречит ее цели, а именно низведению Божественного в жизнь. Но, с другой стороны, если жизнь, такая как она есть, полностью устраивает человека, то тогда у него нет причин стремиться привнести в нее Божественное, — так что Вайрагья, если под ней понимать чувство неудовлетворенности жизнью в нынешнем ее виде, вполне допустима и даже, в определенном смысле, необходима для моей йоги.

Из "Писем о Йоге". Вайрагья
dmitrysadhak
Я охотно признаю полезность временного состояния Вайрагьи, как действенного средства для эффективного противодействия неукротимым желаниям витала. Но Вайрагья всегда имеет тенденцию отвернуться от жизни, а тамасический элемент, нередко присутствующий в Вайрагье — состояние отчаяния, депрессии и т. д. — приводит к угасанию огня стремления, и в результате человек иногда оказывается между двумя стульями: он теряет землю, так и не достигнув небес.

Поэтому я предпочитаю заменить такую Вайрагью спокойным и твердым отвержением всего, что должно быть отвергнуто, — секса, тщеславия, эгоцентризма, привязанности и т. д. Но это отвержение не распространяется на те виды деятельности и силы, которые могут стать средствами садханы и божественной работы, к ним относятся живопись, музыка, поэзия — но и они должны обрести новое, психическое и духовное основание, создаваться с помощью более глубокого вдохновения и во имя Божественного и божественных ценностей. Так что йогу можно практиковать и без отвержения жизни, не уничтожая и не уменьшая присущую ей радость и витальную силу.

Из "Писем о Йоге". Двойное движение.
dmitrysadhak
Наша йога не идентична йоге Гиты, хотя она содержит в себе все наиболее существенные ее элементы. В нашей йоге мы начинаем с идеи полного посвящения себя Божественному и направляем на это всю нашу волю и стремление; но одновременно мы должны отвергать все притязания низшей природы, освободить от ее пут наше сознание, освободить наше «я», вовлеченное в деятельность низшей природы, осознав для этого свое высшее «Я», и с его помощью обрести наконец абсолютную свободу, поднявшись во владения высшей природы. Если мы не станем следовать этому двойному движению, возникнет опасность того, что наше посвящение будет тамасическим, а значит, формальным, и в этом случае мы не будем прилагать необходимых усилий и практиковать настоящую тапасью и, следовательно, не добьемся никакого прогресса. Или же наше посвящение может оказаться раджасическим и будет обращено не к самому Божественному, а к созданной нами самими ложной идее о Нем или некоему Его образу, на деле являющемуся лишь маской нашего раджасического эго или скрывающему за собой нечто еще более худшее.